пятница, 21 июня 2013 г.

НОРВЕЖСКОЕ: ОТ МУНКА ДО ЛОСОСЯ

Я только что из Норвегии. Зубами слов хочу укусить свежие буквы смыслов: поэтому не отходя от неразобранного чемодана делюсь ощущениями:

-   мой главный шок: достойное взросление. Старением это явление назвать нельзя. В Норвегию я ездила не просто так, а на пятидневный ретрит главарей психосинтеза (направление психотерапии, созданное итальянцем Роберто Ассаджиоли в середине XX века, которое основывается на видении человеческого существа как сочетания многочисленных полярностей с возможностью к внутренней гармонии): так вот, бодрые участники 50-60-70-80 лет были что твои подростки по сравнению с овощной мною. У каждого из них за плечами конечно же, 20-30-40 лет медитаций, вегетарианства или осознанного питания, психотерапии, а главное – самоосуществления пути своей души (об этой главной загадочной штуке чуть позже). И вот это обстоятельство они считают основным фактором своей внутренней и внешней молодости, живости, неуспокоенности. Иллюстрация: в 6.45 эти дивные существа выскакивали из гостиницы, плавали в озере и океане (мы жили в таком удивительном месте на юге Норвегии, где озера смыкаются с океаном, и между пресной и соленой водой перемычка в десять метров отборного леса), а уже к 7.30 шли на танце-двигательную медитацию (спасибо Anna Rodina). Я в это время что? Правильно, спала. Зато сны видела сугубо архетипические J Но шок остался.



-       природа спасет невротиков.
Конечно, этим пестрят все современные книги, журналы, духовные и бездуховные учителя, и сама я вот уж как пять лет  пропагандирую контакт с природой как основное средство профилактики эмоционального выгорания и активизации креативности. И все же – друзья мои, десять минут валяния на траве это лучший способ прийти в себя. Великий и могучий вновь не даст соврать: ведь меткое русское выражение «прийти в себя» – это из внешней размытости и забеганности вернуться в свое тело, сосредоточиться внутри своих телесных и эмоциональных границ, осознать свое Я. Самые эффективные и самые когнитивные психосхемы и занятия этих пяти дней дали мне меньше, чем заползание (гордое слово «восхождение» тут не очень уместно) на гору отдаленного островка, куда добираешься на кораблике-маршрутке, а потом, трясущимися ручонками хватаясь за веревочную лестницу, пытаешься найти опору во все круче уходящих вверх мокрых валунах-ступеньках. Нормальное норвежское времяпрепровождение, кстати. И награда – на вершине мира среди древних валунов, рискуя быть сваленной с ног тысячеголовым ветром, валяться на солнышке и напрямую беседовать с планетой.


-       национальность – ничто, идентичность – все. Поскольку эти пять дней я интенсивно общалась с европейцами и американцами из самых разных стран, и общение это было глубоко психологичным (например, в парных упражнениях, в которых мы делились глубоким опытом наблюдения и осознавания своего Я), я в очередной раз увидела как сильно национальность связана с идентичностью и стыдом. Всем стыдно за всех и за себя. Прогрессивным из России стыдно за Путина и его электорат, и сами они при этом дезориентированы в том кто они (ну то есть мы) есть на самом деле. Немцам стыдно за фашистов. Норвежцам стыдно за сытость. Шведам – за то, что им ничего не стыдно. Короче, надо с этим завязывать. Открещиваться от важности своей национальной принадлежности внутри себя – это все равно что пытаться задвинуть куда-то далеко собственную половую идентичность: я, конечно, могу как-нибудь особенно изощренно не замечать, что я девочка, но радости будет мало и мне и окружающим. И наиболее здоровые практики идентификации со своим государство вновь и вновь показывают мне: друзья, мы имеем ту родину, которая имеет нас. И то, в какое место ее любить, зависит от каждого из нас. Ну появилось у норвегов гражданственность и уважение к личности раньше нашего на 300 лет, ну что нам теперь, не пытаться что ли? Как сказал скрипач из фильма про конголезский оркестр симфонической музыки (фильм заслуживает отдельного поста, напишу обязательно), стоя посреди дыма, хаоса и разрухи столицы Конго, «если это получилось у Моцарта и Бетховена, почему это не может получиться у нас»? Я полностью солидарна с конголезским скрипачом.


-       «никогда или-или: всегда и то, и другое»: я вроде как десять лет активно изучаю и практикую психосинтез, но посреди норвежских ландшафтов этот один из главных его принципов  прозвучал особенно свежо и душеспасительно. Эту цитату Ассаджиоли часто повторял Том Йоманс, один из старейшин направления, у которого мы, собственно, и учились все эти дни. Вот в чем суть этого принципа: в нашем опыте нет черного и нет белого, каждое проявление души и жизни многозначно и даже многополярно. Вот прямо сейчас я не прочь выпить кофейку на балкончике, и вообще мне уже лень дописывать пост. Но есть и та часть меня, которой важно поделиться с друзьями своими впечатлениями – и это тоже правда. Ну это как бы безобидный примерчик. Обычно у нас все драматичнее, правда? Вот так: меня бесит этот клиент, он меня достал, у меня усталость от проекта; но это и я же искренне хочу, чтобы все получилось, и что нужно продолжать несмотря не на что, потому что в этом проекте заложены важные – мои прежде всего – смыслы. Это я обижаюсь и раздражаюсь на своего партнера, но в эту же секунду раздражения мне хочется обняться конкретно с этим же человеком. Это я боюсь сближения в дружбе – но это я его хочу. Ну и так далее, и так каждую секунду, и так до бесконечности. Вернее, как раз до конечности – до конечной черты нашего существования. И этот принцип очень освобождает – отпадает необходимость быть принципиальной, ригидной, мертво стоящей на своем. А чем меньше железобетонности, тем больше жизни. И тогда основное наше занятие на этой маленькой планете на этом маленьком временном отрезке становится очень внятным и честным: мы идем путь своей души. Искренне, по-настоящему. Потому что опыт становится многогранным и безграничным, а не только ролевым и предопределенным. И тогда вместо «я должна подавить в себе страх смерти, потому что это типа непрогрессивно» появляется «что я испытываю прямо сейчас? Страх смерти. Что если позволить себе это? Какое чувство приходит вслед за этим? Страх усиливается. А теперь? Появляется нежность. Нежность к чему или к кому? К жизни, к себе, к человеку, к дому. Такая щемящая, как у Андрея Платонова к всякой твари». Это я сбивчиво объясняю, я не Ассаджиоли. Но принцип именно в этом. По-моему, очень оздоравливающе: потому что если в момент встречи со страхом смерти его попытаться засунуть куда подальше, то он конечно засунется, но будет фонить радиоактивными отходами психики и выражаться в неожиданных, например, фобиях.


-   духовность без заземления – деньги на ветер: закругляемся с трансцендентным и тупо выращиваем рукколу на балконе. Ну то есть, пытаемся совместить. Мне этот принцип, предложенный Томом Йомансом, очень понравился. Во-первых, потому, что я выращиваю рукколу на балконе. А во-вторых, потому, что подустала от сильно духовных людей, рядом с которыми трудно и неприкаянно живется их ближайшим родственникам, и которые жизнь свою особо не строят, зато в прямом контакте с экзистенцией – ну, вы же все понимаете, что я тоже бывала замечена в этих рядах? А, ну и еще в-третьих, в последние года два-три меня до жути тянет на вот эти вот все простые вещи: сон, еда, растениеводство, готовить, плавать, молчать, деньги, здоровье, маленький круг старых друзей, помыть полы. Ann Sidorova называет это старением. Я робко надеюсь, что к середине своих тридцатых у меня чуточку прибавилось мозгов. Теперь мы знаем как это называется по-умному: десенденция, то есть сворачивание вовнутрь, в себя, в простые радости и сосредоточенность ежедневного существования – в противовес хроническому зависанию в горных высях духа и прочей самореализации.


-   «ты не можешь остановить волны… но ты можешь научиться серфингу…»: это высказывание Джона Каббат-Зина глубоко психотерапевтично и проникает все сферы душевного и жизненного опыта.  Я не могу родиться в другой стране – но я могу способствовать ее оздоровлению. Я не могу гарантировать, что мои отношения с кем бы то ни было будут длиться вечно – но прямо здесь и сейчас я могу отважиться на искренность, и привнести в эти отношения чуть больше правды. Я не могу не бояться смерти – но я могу учиться жить ближе к своему Я и с более честной реализацией своих смыслов и ценностей. В последний день у нас была потрясающая медитация. Нужно было сначала вспомнить момент, когда я себя чувствовала наиболее живой, а потом нырнуть в прямой диалог с планетой. Ну, то есть натурально, сначала визуализируешь нашу маленькую хрупкую и очень живую планету, а дальше беседуешь с ней в разрезе мол, «что я сделал для хип-хопа в свои годы». Так вот, дорогие мои, мне кажется, планета намекает примерно на следующее: если бы каждый из нас осуществлял свое Я в максимум потенциала, то она была бы горазда здоровее. Продолжаем познавать волны…


-    
     Мунк это не то, что я о нем думала: ежели вас в ближайшие пол года занесет в Осло, обязательно в него погрузитесь. Возможно, будет больно – очень уж он физиологичен, поэтому залезает в нутро без спросу. Но зато – глубоко, широко и с полнейшим wow-эффектом. И он вовсе не про тот единственный крик, который я только и знала. Серия картин-исследований поцелуя как метафоры слияния и попытки близости; серия картин-погружений в любовь с ревностью, отчаянием, сепарацией, отвержением «и другими светлыми чувствами»; тема смерти и жизни и хрупкой границы между ними; его литературные скетчи (дружил с Гамсуном и сам баловался) – тонкая взвесь пейзажности, меланхолии и экзистенциализма, его купальщики – которые не статичные как у многих других великих художников, а эдакие лягушечки в динамике: взрыв личной креативности обеспечен. Я, кстати, именно после этой выставки решила, что надо будет сподобиться на пост после поездки. 



-    меньше пафоса – больше радости: у скандинавов так хорошо со спокойным и ироничным отношением к себе и к окружающим! В общем, люблю я внятную трансляцию любимых мною ценностей. На этом пожалуй и завершу. В последний день норвежского путешествия забрели в главный собор Осло. Ни тебе золоченых канделябров, ни тебе величия первых лиц церкви, предполагающих ничтожество грешноватой паствы. И вот такая записулька в качестве приглашения поставить свечку для увеличения удельного света в мире (“потому что иногда тишина является лучшей молитвой”). Мне показалось – что смысл моей поездки в момент встречи с этим объявленьицем закольцевался с теми самыми путями внутри меня самой, которые, как водится, неисповедимы…


Комментариев нет:

Отправить комментарий